Language   

Languages: Yiddish, Polish

List of versions


Related Songs

רומקאָװסקי חײם
(Yankele Hershkovits [Yankele Hershkowitz] / יאַנקעלע הערשקאָװיץ)
װײַל איך בין אָ ייִדעלע
(Yankele Hershkovits [Yankele Hershkowitz] / יאַנקעלע הערשקאָװיץ)
איך פֿור אין קעלצער קאַנט
(Yankele Hershkovits [Yankele Hershkowitz] / יאַנקעלע הערשקאָװיץ)


Geto, getunya
[1940?]
Parole e musica di Yankele Hershkowitz.
Testo trovato su Music and the Holocaust.

Il “Bob Dylan” del ghetto di Łódź ci descrive qui, ancora una volta, con il suo solito spirito ironico e sarcastico, contraddizioni ed aberrazioni della vita del ghetto, quelle che inevitabilmente si manifestarono vuoi perché così accade quando una massa di gente viene imprigionata in un luogo angusto in attesa di essere terminata, vuoi per la particolare situazione del ghetto di Łódź, dove l’amministrazione ebraica rimase convinta fino quasi alla fine, e contro ogni evidenza, che la collaborazione coi nazisti avrebbe consentito la sopravvivenza dei più… Non fu così: solo poche migliaia di ebrei tra gli oltre 200.000 che complessivamente passarono per quel ghetto (e senza tenere conto di una minoranza di rom che pure vi transitarono), sopravvissero allo sterminio.




Hershkowitz scrisse qesta canzone nell’estate del 1940, quando disoccupazione e fame generarono forti proteste da parte degli abitanti del ghetto. Chaim Rumkowski, il dispotico capo dello Judenrat, vide messa in discussione la propria autorità e minacciata la propria sicurezza, sicchè decise di istituire una forza di polizia ebraica, da lui direttamente dipendente, per mantenere l’ordine. I poliziotti vennero scelti tra i maschi più giovani e robusti e quelli – nemmeno a dirlo – esercitarono in modo non sempre esemplare e “trasparente” il loro piccolo potere (come del resto spesso accade a tutti i poliziotti del mondo, in ogni epoca) e, in ogni caso, godettero di un privilegio determinante, quello di poter mangiare meglio di un qualunque “povero intellettuale senza un centesimo in tasca” o di una “povera donna senza lavoro” (credo che questo significhi l’espressione tradotta in inglese con “cheap tits and ass”) e quindi ridotta alla fame, problema assai più grave di tanti altri “trascurabili”, come quello di non avere sapone per lavarsi…
E cosa resta, secondo Hershkowitz, a costoro, prigionieri affamati, luridi e disperati? Soltanto il canto e, attraverso di esso, la protesta e la continua ed incessante richiesta di poter mangiare tutti i giorni e di non assistere solo al pasto dei più forti e dei più furbi…

Una canzone terribile, specie se si pensa che in soli 4 anni nel ghetto di Łódź morirono di fame e di stenti quasi 45.000 persone.
געטאָ, געטוניאַ
Getochna kochana
Tyś taka małutka, i taka szubrana
װער עס האָט אַ האַנט אַ שטאַשקע,
װער עס האָט אױף זיך אַ מאַרקע
קריגט פֿון שענסטן און פֿון בעסטן,
אַפֿילו אַ פּאָסטן אױך דעם גרעסטן
װען דו ביסט intelligent
און אַ סענט,
דרײַסטע זיך אַרום װי אַ מת
אָן אַ ברױט און אָן אַדרעס
און דו זינגסט אױף טערקיש זיך
!Oh yes

מײַדלעך זיך אַלע שײמען
נישט קאַ' שמינרע נישט קאַ' ברײמענט,
נישט קאַ' טאַבאַרין נישט קאַ' פײַף,
נישט רוש קײַן אַנדולאַציע
נישט קאַ' מיטיק, קאַ' קולאַציע
זײ האָבן צו װאַשן נישט קאַ' זײַף,
נאָר zmartwione, זײַט נישט צטיצי־פּולקעס
און יעדע זינעט מיט טיר דעם רעפֿרײַן, אױ, אױ, אױ

געטאָ, געטוניאַ
Getochna kochana
Tyś taka małutka, i taka szubrana
װער עס האָט אַ האַנט אַ שטאַשקע,
װער עס האָט אױף זיך אַ מאַרקע
קריגט פֿון שענסטן און פֿון בעסטן,
אַפֿילו אַ פּאָסטן אױך דעם גרעסטן
װען דו ביסט intelligent
און אַ סענט,
דרײַסטע זיך אַרום װי אַ מת
אָן אַ ברױט און אָן אַדרעס
און דו זינגסט אױף טערקיש זיך
!Oh yes

נישט זאַרגן און נישט קלערן
ס'װעט בײַ אונדז גיט נאָך װערן,
ס'װעט נאָך קאַרטאָפֿל אױך דו זײַן.
מען איז שױן קרובֿ־מבכך
יום־טובֿ װעט מען עסן לײקאַך
טרינקען פֿון גראָפּן כרמל װײַן
נאָר zmartwione, זײַט נישט צטיצי־פּולקעס
און יעדע זינעט מיט טיר דעם רעפֿרײַן, אױ, אױ, אױ

געטאָ, געטוניאַ
Getochna kochana
Tyś taka małutka, i taka szubrana
װער עס האָט אַ האַנט אַ שטאַשקע,
װער עס האָט אױף זיך אַ מאַרקע
קריגט פֿון שענסטן און פֿון בעסטן,
אַפֿילו אַ פּאָסטן אױך דעם גרעסטן
װען דו ביסט intelligent
און אַ סענט,
דרײַסטע זיך אַרום װי אַ מת
אָן אַ ברױט און אָן אַדרעס
און דו זינגסט אױף טערקיש זיך
!Oh yes

Contributed by Bartleby - 2011/2/25 - 13:11




Languages: Yiddish, Polish

La trascrizione in caratteri latini
(comprendente la parte polacca)
GETO, GETUNYA

Geto, getunya
Getochna kochana
Tyś taka małutka, i taka szubrana
Ver es hot a hant a shtarke,
Ver es hot af zikh a marke
Krigt fun shenstn un fun bestn,
Afile a postn oykh dem grestn
Ven du bist intelligent
Un a sent,
Drayste zikh arum vi a mes
On a broyt un on adres
Un du zingst af terkish zikh
O yes!

Maydlekh zikh ale sheymen
Nisht ka’ shminke nisht ka’ breyment,
Nisht ka’ tabarin nisht ka’ fayf,
Nisht rush kayn ondulatsye
Nisht ka mitik, ka’ kulatsye
Zey hobn tsu vashn nisht ka’ zayf,
Nor zmartwione, zayt nisht tstitsi-pulkes
Un yede zingt mit mir dem refrayn, oy ,oy, oy

Geto, getunya
Getochna kochana
Tyś taka małutka, i taka szubrana
Ver es hot a hant a shtarke,
Ver es hot af zikh a marke
Krigt fun shenstn un fun bestn,
Afile a postn oykh dem grestn
Ven du bist intelligent
Un a sent,
Drayste zikh arum vi a mes
On a broyt un on adres
Un du zingst af terkish zikh
O yes!

Nisht zorgn un nisht klern
S’vet bay undz git nokh vern,
S’vet nokh kartofl oykh du zayn.
Men iz shoyn kurev–meykakh
Yontev vet men esn leykakh
Trinken fun gropn karmel vayn
Nor zmartwione, zayt nisht tstitsi-pulkes
Un yeder zingt mit mir dem refrayn, oy,oy, oy…

Geto, getunya
Getochna kochana
Tyś taka małutka, i taka szubrana
Ver es hot a hant a shtarke,
Ver es hot af zikh a marke
Krigt fun shenstn un fun bestn,
Afile a postn oykh dem grestn
Ven du bist intelligent
Un a sent,
Drayste zikh arum vi a mes
On a broyt un on adres
Un du zingst af terkish zikh
O yes!

Contributed by CCG/AWS Staff - 2013/5/6 - 19:09




Language: English

Traduzione inglese da Music and the Holocaust.
GHETTO, LITTLE GHETTO

Ghetto, little ghetto, oh ghetto my love,
You are so small and so corrupt.
Whoever has a strong arm,
Whoever wears a ‘badge’,
Gets the nicest and the best of everything,
Even a position of the highest order.
But if you’re an intellectual,
Without a cent,
You drag yourself around like a corpse
Without bread and without an address
And sing to yourself in Turkish
Oh eat! (Oh yes!)

The girls are all ashamed
No make-up no eyelashes,
No bed, nothing!
No rouge, no perm
No lunch no dinner,
No soap to wash with
But, poor things
Just don’t be all cheap tits and ass
And everyone sing the refrain along with me

Ghetto, little ghetto, oh ghetto my love,
You are so small and so corrupt.
Whoever has a strong arm,
Whoever wears a ‘badge’,
Gets the nicest and the best of everything,
Even a position of the highest order.
But if you’re an intellectual,
Without a cent,
You drag yourself around like a corpse
Without bread and without an address
And sing to yourself in Turkish
Oh eat! (Oh yes!)

Don’t worry and don’t fret
Things will be fine again here
There will even be potatoes!
The day is almost upon us
We’ll have sponge cake for the holidays
And drink Carmel wine made from barley
But, poor things
Just don’t be all cheap tits and ass
And everyone sing the refrain along with me

Ghetto, little ghetto, oh ghetto my love,
You are so small and so corrupt.
Whoever has a strong arm,
Whoever wears a ‘badge’,
Gets the nicest and the best of everything,
Even a position of the highest order.
But if you’re an intellectual,
Without a cent,
You drag yourself around like a corpse
Without bread and without an address
And sing to yourself in Turkish
Oh eat! (Oh yes!)

Contributed by Bartleby - 2011/2/25 - 13:12




Language: Russian

Traduzione russa / Русский перевод

Da Музика периода Холокоста ("Musica del periodo dell'Olocausto"), la versione russa di Music and the Holocaust

Песня "Гетто, геттонько" рассказывает о событиях, происходивших в Лодзинском гетто на протяжении лета 1940 года. Оказавшиеся в бедственном положении и без работы, обитатели гетто провели публичные демонстрации, напраленные против главы Юденрата Хаима Румковского. Румковский, чья жизнь оказалась под угрозой, решил создать еврейскую полицию для своей личной защиты, зондеркоманду, которая занималась внутренними делами гетто. В это специальное полицейское подразделение Румковский набрал всех физически сильных мужчин, которых смог найти в гетто.

Полный иронии припев обращается к женщине. Однако, этот образ маленькой слабой женщины символизирует простых обитателей гетто и является противопоставлением сильным мужчинам из зондеркоманды, которые существуют не для защиты слабых, а ради самих себя, сильных и счастливых. Сильный человек получает "самое хорошее и самое лучшее, он также получает должность самого высоко ранга", в то время как "бедный интеллигент бродит повсюду как труп".

Что же оставалось простым обитателям гетто? Только пение. На всех языках они умоляют о пище. Ситуация описана в песне в отрицательных выражениях, в ней использовано много жаргонных слов, появившихся в гетто (например кулатье (ид. трансл. kulatsye) от польского слова "обед" (kolacja) - жаргонизм, он означает еду, которую раз в две недели получали лучшие работники в качестве награды на общественных кухнях Лодзинского гетто).

Скорее всего, мелодия "Гетто, геттонько" еврейского происхождения, она напоминает еврейские кумулятивные песни (т.е. песни, построенные на коротких мелодичных мотивах в такой последовательности, которая позволяет добавлять еще большее число последовательностей).

Песня была написана и исполнялась в гетто Янкелем Гершковичем. Ее вспомнил и напел Яков Ротенберг, записала Гила Флам в 1984 году.
ГЕТТО, ГЕТТОНЬКО

Гетто, геттонько,
Геттонько мое любимое
Ты такое небольшое, но такое развращенное.
У кого сильная рука,
У кого есть деньги,
Тот получает все самое красивое и лучшее,
Даже самые важные посты.
Но если ты интеллигент,
И у тебя нет ни копейки,
То ты бродишь повсюду, как труп
Без хлеба и без адреса,
И поешь себе по-турецки
О, да!

Девушки все стыдятся:
Нет ни румян, ни краски для бровей,
Нет ни барабана, ни тдудки,
Нет ни помады, ни перманента,
Нет ни обеда, ни ужина,
Нет мыла, чтобы помыться,
Только уныние. Но не будьте слабаками
И пойте со мной этот припев, ой, ой, ой

Гетто, геттонько,
Геттонько мое любимое
Ты такое небольшое, но такое развращенное.
У кого сильная рука,
У кого есть деньги,
Тот получает все самое красивое и лучшее,
Даже самые важные посты.
Но если ты интеллигент,
И у тебя нет ни копейки,
То ты бродишь повсюду, как труп
Без хлеба и без адреса,
И поешь себе по-турецки
О, да!

Не нужно заботиться и раздумывать,
Будет и у нас все хорошо,
У нас еще появится картошка.
Лавочка уже закрывается,
В праздник мы будем есть сдобные булочки
И пить виноградное вино из Кармеля.
Только уныние. Но не будьте слабаками
И пойте со мной этот припев, ой, ой, ой …

Гетто, геттонько,
Геттонько мое любимое
Ты такое небольшое, но такое развращенное.
У кого сильная рука,
У кого есть деньги,
Тот получает все самое красивое и лучшее,
Даже самые важные посты.
Но если ты интеллигент,
И у тебя нет ни копейки,
То ты бродишь повсюду, как труп
Без хлеба и без адреса,
И поешь себе по-турецки
О, да!

Contributed by Riccardo Venturi - 2013/5/7 - 00:06



Main Page

Please report any error in lyrics or commentaries to antiwarsongs@gmail.com

Note for non-Italian users: Sorry, though the interface of this website is translated into English, most commentaries and biographies are in Italian and/or in other languages like French, German, Spanish, Russian etc.




hosted by inventati.org